Мой статус
 Звоните, поставьте перед нами задачу. Докторская диссертация, кандидатская диссертация, срочная публикация статей - в чем мы можем Вам посодействовать? +7 (495) 649 89 71



ПОИСК




Васильева прокомментировала проект о возвращении студентов из-за рубежа
2018.04.25
Министр образования и науки РФ Ольга Васильева назвала непроверенной информацию о проекте Россотрудничества по возвращению в страну российских студентов, проходящих обучение в странах с недружественной по отношению к России политикой. Эта информация непроверенная. Я думаю, это чья-то идея", — сказала ...

Студенты должны получать оценку не за купленные знания, заявил Медведев
2018.04.25
Услуги по написанию работ для студентов и аспирантов мешают объективно судить об уровне подготовки молодых специалистов, аспиранты должны получать оценку за свои, а не за купленные знания, заявил премьер-министр России Дмитрий Медведев на заседании правительства в четверг, где планируется рассмотреть ...

Главная страница / Справочная информация / Авторефераты диссертаций / Криминальные банкротства: проблемы уголовно-правового регулирования (по материалам Краснодарского края) / 

Криминальные банкротства: проблемы уголовно-правового регулирования (по материалам Краснодарского края)




На правах рукописи



Пивоварова Надежда Николаевна


КРИМИНАЛЬНЫЕ БАНКРОТСТВА:
ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ И ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ
(по материалам Краснодарского края)


12.00.08 – уголовное право и криминология;
уголовно-исполнительное право



АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
кандидата юридических наук




Ростов-на-Дону – 2010
Работа выполнена в федеральном государственном образовательном
учреждении высшего профессионального образования
«Краснодарский университет Министерства внутренних дел
Российской Федерации



Научный руководитель – кандидат юридических наук, доцент
Буз Сергей Алексеевич

Научный консультант – доктор юридических наук, профессор
Ильяшенко Алексей Николаевич


Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор,
заслуженный деятель науки РФ
Ларичев Василий Дмитриевич,
кандидат юридических наук, доцент,
заслуженный юрист РФ
Соболев Вячеслав Васильевич



Ведущая организация – Кубанский государственный университет


Защита состоится 25 июня 2010 г. в 12 часов на заседании диссертационного совета Д 203.011.02 при Ростовском юридическом институте МВД России по адресу: 344015, г. Ростов-на-Дону, ул. Маршала Еременко, 83.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Ростовского юридического института МВД России.



Автореферат разослан 24 мая 2010 г.






Ученый секретарь
диссертационного совета А.Б. Мельниченко
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Преступления, связанные с банкротством, являются одним из элементов экономической преступности, поскольку их совершение наносит ущерб не только кредиторам должника, но и создает угрозу экономической безопасности государства. Противодействие криминальному банкротству входит в число первоочередных задач Российского государства в сфере борьбы с преступностью, поэтому разработка его правовых основ и механизма реализации имеет особую важность для современной российской экономики. Выполнение этой задачи осложняется тем, что со времени принятия Уголовного кодекса Российской Федерации гражданско-правовое законодательство о банкротстве существенно изменилось, поэтому возникает настоятельная потребность как в модернизации соответствующих уголовно-правовых норм, так и в серьезном научном изучении и глубоком осмыслении основных направлений противодействия преступному банкротству.
Между тем практика показывает, что зачастую нарушения процедуры банкротства, имеющие признаки общественной опасности, не получают должной уголовно-правовой квалификации, т. е. по существу многие преступные деяния в данной сфере остаются безнаказанными на фоне общей тенденции их роста. Так, по данным МВД России, с 1997 г. ежегодный рост зарегистрированных криминальных банкротств составлял 1–15%. В 2005 г. в России было зарегистрировано 749 преступлений, предусмотренных статьями 195, 196, 197 УК РФ. В 2006 г. рост составил 26,2%. В 2008–2009 гг. наблюдается некоторое снижение случаев криминальных банкротств, однако большого оптимизма это обстоятельство не прибавляет, поскольку указанный факт определенным образом обусловлен отсутствием опыта правоохранительных органов по применению новых положений законодательства о банкротстве.
Необходимо учитывать и то, что точной статистики по криминальному банкротству пока нет, так как эти преступления характеризуются высокой латентностью, а теория и, следовательно, практика не имеют достаточно четких критериев для квалификации банкротства как преступного деяния. Многие проблемы уголовно-правовой квалификации по ст. 195–197 УК РФ порождены неопределенностью или неточным использованием понятий, с помощью которых сформулированы соответствующие правовые запреты. Так, в правоприменительной практике вызывают дискуссии вопросы о содержании признаков неправомерных банкротств, в частности это касается определения момента возникновения уголовно наказуемого банкротства (несостоятельности), не всегда очевидно разграничение между действиями, обусловленными стремлением получить законную экономическую выгоду в рамках принятых рыночных отношений, и незаконными сделками.
Учитывая бланкетность диспозиций составов преступлений, предусмотренных ст. 195–197 УК РФ, усиливается потребность выявления пределов вмешательства уголовного закона в сферу экономической деятельности. В связи с этим важно установить причины и условия, способствующие криминальным банкротствам, исследовать криминологическую характеристику лиц, их совершающих, наметить пути противодействия этим преступлениям со стороны органов государства и бизнес-сообщества. В силу изложенных обстоятельств теоретическое осмысление института уголовно наказуемого банкротства, его правовой сущности, социально-экономического назначения продолжает оставаться актуальной задачей современной уголовно-правовой науки.
Степень разработанности темы исследования. Осмысление правовых проблем банкротств, содержащих признаки преступления, началось еще в XIX в. Так, российскому дореволюционному праву были хорошо известны преступления, связанные с банкротством, они исследованы, в частности, в трудах Л.С. Белогриц-Котляровского, А.Х. Гольмстен, В.В. Есипова, А.В. Лохвицкого, Д.И. Мейера, Н.А. Неклюдова, С.В. Познышева, Н.С. Таганцева, И.Я. Фойницкого, Г.Ф. Шершеневича и других правоведов. В советский период трудов по криминальному банкротству, как и вообще по проблематике несостоятельности, не было, поскольку плановая экономика не предусматривала в принципе функционирование такого института. После принятия УК РФ 1996 г. стали появляться научные труды, касающиеся криминальных банкротств. Были опубликованы монографии, в которых анализировались и раскрывались положения, касающиеся новых видов преступлений, сгруппированных в главе 22 УК РФ (Б.В. Волженкин, Л.Д. Гаухман, А.С. Горелик, И.А. Клепицкий, Б.И. Колб, А.Г. Корчагин, Н.А. Лопашенко, С.В. Максимов, И.Ю. Михалев, Л.А. Можайская, Т.В. Пинкевич, П.А. Скобликов, П.С. Яни и др.).
Среди экономических преступлений, включенных в эту главу, составы деяний, предусмотренных в ст. 195–197 УК РФ, изучены, пожалуй, в наименьшей степени. Тем не менее, ряд авторов взяли их в свою разработку, в частности вопросы криминального банкротства находят отражение в некоторых диссертационных исследованиях (А.С. Бабаев, Н.В. Беркович, А.В. Бобков, Е.А. Бондарь, Н.В. Джагмадзе, В.Б. Диденко, Е.Н. Журавлева, А.В. Игошин, А.Н. Классен, Б.И. Колб, И.А. Кондрашина, Р.Н. Крутиков, А.Г. Кудрявцев, Д.А. Кузьминов, А.В. Кузнецов, И.Ю. Михалев, А.Г. Ненайденко, М.В. Николаев, А.В. Пустяков, С.С. Пылева, П.А. Светачев, А.М. Тимербулатов, Д.А. Туров, Т.Г. Чебоньян, М.Х. Хакулов, Б.А. Шагуч и др.).
Вместе с тем, проблемы уголовно-правового регулирования противоправного банкротства остаются недостаточно разработанными, поскольку вышеуказанные научные работы не учитывают существенные изменения, произошедшие в законодательных актах о банкротстве и требующие соответствующей переоценки содержания криминального банкротства. В частности, в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 г. были внесены значительные изменения, последние из которых раскрыты в Федеральном законе № 145-ФЗ от 17.07.2009 г. Кроме того, постоянно меняется судебная практика по преступлениям, предусмотренным ст. 195–197 УК РФ, что ставит перед теорией уголовного права все новые проблемы установления уголовной ответственности за криминальное банкротство и подтверждает необходимость дальнейшего научного осмысления обозначенной проблемы.
Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в связи с осуществлением уголовно-правовых и криминологических мер по борьбе с преступлениями, совершаемыми в сфере несостоятельности (банкротства).
Предметом исследования являются правовые нормы, предусматривающие ответственность за преступления, связанные с банкротством, практика их реализации и криминологическая характеристика, а также деятельность государственных органов и иных организаций по предупреждению этих преступлений и соответствующие научные труды.
Цель и задачи исследования. Цель данного диссертационного исследования заключается в комплексном анализе проблем уголовно-правового регулирования криминальных банкротств и их предупреждения и на этой основе выработке предложений по совершенствованию действующего законодательства в сфере несостоятельности и квалификации фактов криминальных банкротств, повышению эффективности мер по предупреждению данной категории преступлений.
Указанная цель определила следующие основные задачи исследования:
раскрыть банкротство как экономико-правовое явление и на этой основе выявить факторы, определившие установление уголовной ответственности за нарушение процедуры банкротства;
дать общую характеристику преступлений, содержащих признаки криминальных банкротств;
изучить законодательное закрепление составов преступных банкротств в истории российского права;
проанализировать опыт зарубежных стран в вопросах установления уголовной ответственности за нарушение процедуры банкротства;
исследовать составы криминальных банкротств (неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное банкротство, фиктивное банкротство) в соответствии с действующим законодательством;
рассмотреть проблемные вопросы квалификации криминальных банкротств в следственно-судебной практике;
дать криминологическую характеристику лиц, совершающих криминальные банкротства;
выявить причины и условия совершения преступлений, связанных с банкротством;
сформулировать основные направления деятельности государственных органов и иных организаций по предупреждению криминальных банкротств.
Методология исследования. Методологическую основу исследования составляют общефилософские принципы диалектики и системный подход, в том числе принципы единства исторического и логического в познании, специальные методы познания: формально-юридический, сравнительно-правовой, социологический и системно-структурный. Особое место в исследовании уделено историческому и сравнительно-правовому методам.
Нормативная основа исследования представлена Конституцией РФ, Уголовным кодексом РФ, Кодексом РФ об административных правонарушениях, Гражданским кодексом РФ, Арбитражным процессуальным кодексом РФ, федеральными законами («О несостоятельности (банкротстве)», «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций») и другими подзаконными актами (постановлениями Правительства РФ, приказами министерств и служб), положениями уголовного законодательства зарубежных стран; постановлениями Конституционного Суда РФ, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ и пленумов Верховных Судов СССР, РСФСР и РФ.
Теоретической основой настоящей работы стали труды специалистов в области уголовного права, криминологии, гражданского права и законодательство о банкротстве. Диссертант обращается к основным положениям теории права, экономической теории, касающимся темы исследования. Большое значение приобрели достижения науки, раскрывающие общие закономерности развития социально-экономических отношений, возникновения и существования процессов и механизмов рыночной экономики, приводящих к банкротству. Диссертация основана на общетеоретических исследованиях условий формирования свойств, определяющих потребность как общего правового воздействия на эти отношения, так и их регулирования (охраны) уголовно-правовыми средствами.
Эмпирическую базу исследования составили нормы различных отраслей законодательства, имеющих отношение к институту банкротства и его криминальной составляющей (гражданское законодательство, уголовное законодательство, законодательства о несостоятельности и др.), а также материалы уголовных дел o неправомерных действиях при банкротстве, преднамеренных и фиктивных банкротствах (изучено 34 дела); статистические данные o динамике совершения данной группы преступлений; результаты анкетирования 225 сотрудников правоохранительных, финансовых, контролирующих и судебных органов.
Научная новизна диссертации определяется тем, что автором одним из первых предпринята попытка комплексного уголовно-правового и криминологического исследования составов криминальных банкротств с учетом современных социально-экономических реалий в стране, в частности с учетом изменений в политике государственного регулирования процедуры банкротства, выразившихся в кардинальных изменениях законодательства, произошедших в 2009 г., на основе чего изложена авторская концепция уголовно-правовой охраны отношений, складывающихся в процессе банкротства.
Автором выявлены и систематизированы общие уголовно-правовые признаки составов криминальных банкротств. Показан противоречивый характер формулирования диспозиций этих деяний и предложены новые пути совершенствования уголовного законодательства в части, касающейся противодействия криминальным банкротствам. На основе криминологического анализа обоснована причинность совершения криминальных банкротств, составлена криминологическая характеристика лиц, их совершающих, разработаны меры повышения эффективности деятельности государственных органов и других организаций по противодействию данной категории преступлений.
Основные положения, выносимые на защиту:
1. Нарушение правового порядка признания лица банкротом приносит огромный вред не только отдельным кредиторам, но и ставит под угрозу экономическую безопасность страны, поэтому важно обеспечить соблюдение законности при реализации процедуры банкротства путем установления уголовной ответственности за нарушение всех возможных нарушений в этой сфере, которые причиняют крупный ущерб. В то же время действующий уголовный закон сформулирован без учета произошедшей в последние годы трансформации экономических отношений в стране, предопределивших необходимость криминализации ряда общественно опасных деяний.
2. В рамках обеспечения проводимой реформы института банкротства следует установить уголовную ответственность за неисполнение руководителем должника или индивидуального предпринимателя обязанности обратиться с заявлением о наличии у хозяйствующего субъекта признаков банкротства в случае, если это, заведомо для виновного, повлекло причинение крупного ущерба.
3. Диспозиция уголовно-правовой нормы, устанавливающей ответственность за неправомерное удовлетворение имущественных требований кредиторов, содержит ограниченный круг субъектов уголовной ответственности, что значительно затрудняет охрану прав кредиторов. Непосредственно вред от неправомерного удовлетворения требований кредитора охраняемым уголовным законам общественным отношениям зачастую причиняется не руководителем юридического лица или индивидуальным предпринимателем, а другими лицами, незаконно использующими свое служебное положение (арбитражными управляющими, сотрудниками кредитных организаций) при распоряжении имуществом должника, что предопределяет необходимость установления уголовной ответственности за такие действия.
4. Термин «воспрепятствование» изначально несет в себе негативно-правовой смысл, следовательно, такое действие не может быть законным. В силу этого указание на незаконность «воспрепятствования» в ч. 3 ст. 195 УК РФ является излишним, поэтому следует исключить слово «незаконное» из текста диспозиции указанной статьи в целях облегчения квалификации таких преступных деяний, как воспрепятствование деятельности арбитражного управляющего или временной администрации кредитной организации.
5. Неправомерные действия (бездействие), приведшие к банкротству юридическое лицо или индивидуального предпринимателя, могут влечь уголовную ответственность только в случае установления факта банкротства лица арбитражным судом в установленном законе порядке.
6. Поскольку в диспозиции ст. 197 УК РФ используется терминология законодательства о банкротстве, следует привести содержание статьи в соответствие с действующей редакцией Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и признать преступлением действия, направленные на создание заведомо ложного состояния банкротства, если это деяние причинило крупный ущерб.
7. Обязательным признаком объективной стороны преднамеренного банкротства должно быть «создание или увеличение неплатежеспособности юридического лица или индивидуального предпринимателя», поэтому предлагается в этой части вернуться к редакции уголовного закона, предшествующей изменениям, внесенным Федеральным законом № 161-ФЗ от 19.12.2005 г.
8. Криминальные банкротства в большинстве случаев совершают лица мужского пола, которые имеют достаточно стабильный социальный статус. Это лица, как правило, с высшим образованием, имеющие определенный опыт в предпринимательской деятельности, женатые. Однако, несмотря на сравнительное благополучие, они в определенный момент все же решились на совершение преступления, руководствуясь, прежде всего, корыстными мотивами. Осужденные за эти преступления получают, как правило, наказания, не связанные с реальным отбыванием лишения свободы.
9. Исправительное воздействие уголовной ответственности на лиц, совершивших криминальные банкротства, можно существенно повысить, если предусмотреть в уголовном законе, наряду с требованием учитывать добровольное возмещение ущерба как смягчающее ответственность обстоятельство, указание рассматривать его как условие снижения максимального размера наказания, предусмотренного за совершение преступления в санкции статьи.
10. В общесоциальном плане следует выделить такие детерминанты криминального банкротства, как глубинные противоречия в экономической сфере, обусловленные объективными трудностями перехода к рынку, субъективное неприятие определенной частью населения новых экономических отношений либо способа перехода к ним; низкая результативность работы государственного аппарата, отсутствие эффективных механизмов правовой защиты собственников-кредиторов. В числе специальных детерминант следует назвать несовершенство законодательства, в том числе и в части регулирования процедуры банкротства, налоговой системы; недостаточно высокий уровень квалификации дознавателей и следователей, занимающихся установлением и раскрытием криминальных банкротств. Существенной является также коррупционная составляющая. Исходя из этих детерминант должны определяться и приоритетные направления по противодействию криминальным банкротствам.
Теоретическая и практическая значимость результатов исследования состоит в том, что оно вносит определенный вклад в развитие теории уголовного права и криминологии, поскольку восполняет пробел относительно комплексного подхода к уголовно-правовым проблемам криминальных банкротств и их предупреждения. Важными представляются выводы и предложения, которые могут быть использованы наукой уголовного права и криминологии в процессе дальнейшего исследования проблем противодействия экономическим преступлениям.
Практическая значимость диссертационного исследования определяется возможностями его использования при подготовке предложений по совершенствованию уголовного законодательства, а также руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по указанной категории уголовных дел. Наряду с этим результаты исследования могут быть использованы в правоприменительной практике следственных и судебных органов, в профилактической деятельности органов внутренних дел, а также в учебном процессе – при преподавании соответствующих разделов курсов по уголовному праву и криминологии. Результаты исследования могут быть интересны работникам, занимающимся процедурой банкротства, и самим предпринимателям.
Апробация результатов исследования. Основные результаты диссертационного исследования заслушивались на заседаниях кафедр уголовного права и криминологии Краснодарского университета МВД России; докладывались и обсуждались на Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы противодействия преступности в современных условиях», проведенной Нальчикским филиалом Краснодарского университета МВД России (Нальчик, 2008 г.) и Международной научно-практической конференции «Современная преступность: состояние, проблемы и перспективы противодействия», проведенной Нальчикским филиалом Краснодарского университета МВД России (Нальчик, 2009 г.). Основные положения исследования внедрены в учебный процесс Краснодарского университета МВД России и Ставропольского государственного университета, практическую деятельность Главного управления внутренних дел по Краснодарскому краю и МВД по Республике Адыгея; нашли отражение в учебном пособии и восьми научных публикациях.
Структура диссертации определена объемом исследуемых проблем, ее целями и задачами. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих девять параграфов, заключения и библиографии. Диссертация оформлена в соответствии с требованиями ВАК Минобрнауки России.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Первая глава «Социальная обусловленность уголовной ответственности за криминальные банкротства» включает в себя два параграфа. В первом параграфе «Банкротство как экономико-правовое явление и факторы, определившие установление уголовной ответственности за нарушение его процедуры» автором определяется институт банкротства как необходимый элемент экономической системы России, существование которого обусловлено развитием рыночных (конкурентных) отношений, в рамках которых наиболее слабые субъекты хозяйственной деятельности становятся несостоятельными (банкротами), как нуждающиеся в уголовно-правовой защите. Нарушение правового порядка признания юридического лица или индивидуального предпринимателя банкротом приносит огромный вред не только отдельным лицам (кредиторам), но и ставит под угрозу экономическую безопасность страны. Учитывая всю важность обеспечения соблюдения законности при реализации процедуры банкротства путем установления уголовной ответственности за нарушения в этой сфере, автор отмечает, что уголовно-правовые нормы должны максимально охватывать все возможные нарушения при реализации процедуры банкротства, которые причиняют крупный ущерб. Однако проведенный анализ изменений в указанной сфере правового регулирования показал, что уголовный закон «отстает» от динамично развивающегося законодательства о банкротстве. Действующая редакция статей Уголовного кодекса РФ, устанавливающая ответственность за криминальное банкротство, сформулирована с учетом положений Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 г. (в ред. от 24.10.2005 г.), в то время как указанный закон претерпел значительные изменения, последние из которых были приняты Федеральным законом от 27.12.2009 г.
Необходимость совершенствования законодательства о банкротстве была предопределена, с одной стороны, развитием и постоянной трансформацией экономических отношений в связи с продолжением построения капитализма, а с другой – накоплением опыта реализации процедуры банкротства. Так, Россия до последнего времени стремилась создать «усредненную» систему законодательства о банкротстве между «про-должниковой», позволяющей лицу, попавшему в тяжелое финансовое положение, освободиться от долгов и получить возможность нового старта и «про-кредиторской», приоритетная цель которой – наиболее полное удовлетворение требований заимодателя. В рамках сложившегося в 2008 г. экономического кризиса принятые изменения в законодательстве были направлены на смещение баланса защиты интересов в пользу кредиторов. Отсюда и резкий спад числа дел о банкротстве, большое количество которых возбуждалось по инициативе самого должника. Последнее объективно привело к снижению совершения таких преступлений, как фиктивное банкротство, и создало ситуации, когда юридическое лицо старается скрыть свою неплатежеспособность. В то же время у кредиторов появилась возможность прямо или косвенно воздействовать на процедуру банкротства для защиты своих интересов, в ущерб правам остальных заимодателей. Такие кардинальные изменения законодательства о банкротстве предопределяют необходимость внесения соответствующих поправок в уголовный закон. Показательно, что 76% опрошенных работников правоохранительных органов и судов отметили необходимость корректировки содержания ст. 195–197 УК РФ.
Во втором параграфе «Законодательное закрепление составов преступных банкротств в истории российского права и зарубежных странах» отмечается, что современный российский законодатель в недостаточной степени учитывает опыт правового регулирования криминальных банкротств в период империи, а также опыт зарубежных стран. Проведенное исследование в указанной сфере позволяет выделить наиболее интересные, с точки зрения правопреемственности, положения исторических памятников России и зарубежного уголовного права.
Истоки законодательного регулирования института банкротства берут начало еще с древнерусского права. И в связи с этим анализируются соответствующие нормы различных актов, в том числе Русской Правды, Судебника 1550 г., Соборного уложения 1649 г. и др. Ответственность на несостоятельность (тогда – за невыплату долгов) до середины XVIII в. была в основном гражданско-правовая. Однако нерачительное использование средств, легкомыслие, преднамеренные действия (т. е. неосторожные и умышленные действия в современном понимании), приведшие к финансовому краху должника, Соборное уложение уже расценивает как преступление – преступник терял свою независимость и отдавался «с головой до искупу» – до полной отработки долга. Как шаг вперед можно расценивать введение российским законодательством возможности выкупа должника другим лицом (ст. 46 гл. ХХ). Практически это означало прекращение одного вида ответственности (уголовно-правовой) и замену его другим (гражданско-правовой).
С развитием в России промышленности и торговли участились и случаи несостоятельности, что побудило государство создать систему норм, регулирующих еще более подробно институт банкротства. Так, Уставы 1753, 1763, 1768 гг. достаточно детально регламентировали процессуальные вопросы признания должника банкротом и уже допускали процедуру примирения сторон (прообраз нынешнего мирового соглашения). Устав о банкротах 1800 г. уже достаточно четко регламентировал механизм признания банкротом и последствия банкротства. Меры же уголовной ответственности за «подложное», т. е. криминальное банкротство, на системном уровне были установлены с принятием Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. Подробно анализируя этот акт, автор указывает, что Уложение выделяло банкротство «корыстное», или тяжкое, заключающееся в умышленном сокрытии собственного имущества должником, впавшем в несостоятельность, с целью получения имущественной выгоды, и «расточительную несостоятельность», или простое банкротство, т. е. впадение в несостоятельность вследствие расточительности, или несоблюдение обычных мер осторожности, необходимых для сохранения своего имущества. Сущностью банкротства как преступного деяния признавалось причинение вреда кредиторам. Что касается санкций за криминальные банкротства, то наказанием за простое банкротство было тюремное заключение банкрота по требованию общего собрания кредиторов на срок от 8 до 16 месяцев. Ввиду отсутствия умысла со стороны банкрота на причинение вреда кредиторам последние могли ходатайствовать об освобождении его из под стражи. Злостный же банкрот подвергался тюремному заключению на срок от 4 до 5 лет. Если банкротство было неторговым, наказывался банкрот тюремным заключением на срок от 1,5 до 2,5 лет.
После установления советской власти и воплощения в реальности политико-экономических установок (огосударствление собственности, уничтожение рыночной экономики, централизация и идеологизация власти) проблема банкротства перестала быть актуальной, поскольку в плановой государственной экономике банкротства не могло быть по определению. Вместе с тем, в некоторый период (НЭП) банкротство имело место и соответственно регулировалось законодателем, в связи с чем диссертант рассматривает ряд актов того времени. Далее анализируется процесс формирования института банкротства и установления юридической ответственности за нарушения его процедуры в постсоветской России. Определяющим этапом в данном процессе является принятие закона «О несостоятельности (банкротстве) предприятий» 1992 г. и УК РФ 1996 г. Тем самым Россия заявила о своем стремлении следовать уже сложившемуся в других странах опыту.
В связи с этим диссертант рассматривает законодательную деятельность ряда государств (США, Франции, Германии, Испании, Польши и др.) по установлению уголовной ответственности за криминальные банкротства и выделяет ряд положений, заслуживающих внимания современного российского законодателя.
Особый интерес представляет германское уголовное право, отмечается достаточно тесное историческое взаимодействие России и Германии, так как многие положения института о банкротстве в свое время были позаимствованы именно из немецкой правовой мысли. Следует заметить, что германский законодатель, в отличие от российского, уделяет криминальным банкротствам больше внимания и более адекватно отражает особенности сложившихся в стране экономических отношений. Так, в УК ФРГ предусмотрены наказания не только за злостное банкротство, за благоприятствование одному из кредиторов в ущерб другим и нарушения в конкурсном производстве, но также устанавливается возможность привлечения к уголовной ответственности за прекращение платежей, открытие конкурсного производства или подачу ходатайства об открытии конкурсного производства, а также непредставление в трехнедельный срок обращения в суд с заявлением о признании банкротом, если должник понимает, что не может рассчитаться с кредиторами из-за отсутствия средств.
Вторая глава «Уголовно-правовая характеристика криминальных банкротств в российском уголовном праве» включает в себя четыре параграфа.
В первом параграфе «Общая характеристика криминальных банкротств в российском уголовном праве» составы преступлений, предусмотренные ст. 195–197 УК РФ, рассматриваются как группа однородных деликтов, выражающихся в противозаконных действиях (бездействии), совершаемых в процессе банкротства хозяйствующих субъектов. В связи с этим диссертант выделяет общие для них уголовно-правовые признаки.
Обращаясь к уточнению объекта криминальных банкротств, диссертант указывает, что теоретические вопросы объекта преступления разработаны достаточно подробно, в том числе традиционная классификация объектов преступлений на общий, родовой, видовой и непосредственный, поэтому внимание уделяется лишь дискуссионным вопросам. Научный анализ существующих подходов к определению видового объекта применительно к главе 22 УК РФ позволяет сделать вывод, что им являются общественные отношения в сфере экономической деятельности, установленные государством в соответствующих правовых актах. Диссертант полагает, что для всех трех составов преступлений, предусмотренных ст. 195–197 УК РФ, следует определять единый непосредственный объект, а именно общественные отношения, складывающиеся в процессе реализации законодательно установленной процедуры банкротства субъектов хозяйственной деятельности.
Учитывая, что все криминальные банкротства влекут причинение крупного ущерба, в качестве дополнительного непосредственного объекта рассматриваются имущественные интересы граждан и организаций. Анализ уголовно-правовой литературы в части определения предмета криминальных банкротств показывает, что в этом отношении имеется основа для общей позиции, и автор полагает, что она может выразиться в том, что предметом криминальных банкротств являются долговые обязательства должника-банкрота.
Можно выделить и общие признаки объективной стороны криминальных банкротств. Все составы криминальных банкротств являются материальными, так как обязательным условием уголовного преследования является наличие общественно опасных последствий в виде крупного ущерба, который определен в примечании к ст. 169 УК РФ. В работе обосновывается целесообразность установления для всех видов криминальных банкротств квалифицирующего признака в виде причинения особо крупного ущерба (по аналогии со ст. 194 УК РФ), что позволит более дифференцированно реализовывать уголовную ответственность. Большинство опрошенных нами экспертов (87%) подтверждают необходимость включения в составы преднамеренного и фиктивного банкротства указанных квалифицирующих признаков.
К общей для всех криминальных банкротств отнесена характеристика субъективной стороны таких преступлений. Законодатель сформулировал составы криминальных банкротств таким образом, что все они предполагают умышленную форму вины. Собственно, сам характер данных общественно опасных деяний таков, что они не могут совершиться по неосторожности. В целом в этом смысле позиция теоретиков едина, в отличие от определения вида умысла, с которым могут совершаться исследуемые преступления. Так, одна группа ученых считает, что преступления, связанные с банкротством, характеризуются исключительно прямым умыслом. По мнению другой группы, преступления, предусмотренные ст. 195 УК РФ, могут быть совершены как с прямым, так и с косвенным умыслом, а преднамеренное и фиктивное банкротство – только с прямым. Еще одна группа считает, что неправомерным действиям при банкротстве и преднамеренному банкротству присущ как прямой, так и косвенный умысел, а фиктивному банкротству – только прямой умысел. Автор же приходит к выводу о том, что все без исключения виды криминальных банкротств могут совершаться только с прямым умыслом, причем это относится и к самому деянию, и к его последствиям.
В научной литературе одним из наиболее дискуссионных вопросов является определение субъектов криминальных банкротств, поэтому их характеристика в работе рассматривается применительно к каждому из изучаемых преступлений в отдельности, за исключением признаков, общих для всех субъектов рассматриваемых преступлений, в качестве которых может выступать только физическое вменяемое лицо, достигшее 16 лет.
Основываясь на выводах, сделанных в предыдущих параграфах, автор приходит к заключению о необходимости установления уголовной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в срок, установленный ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», если это привело к наступлению значительного ущерба для кредиторов. Такое предложение поддержали 68% опрошенных нами респондентов.
Практика совершения неправомерных действий при банкротстве показывает, что неправомерное отчуждение имущества, как правило, осуществляется до подачи в суд заявления о банкротстве, а кредиторы не имеют возможности своевременно оценить ситуацию, увидеть неправомерные действия руководителя. Кроме того, именно в связи с неисполнением указанной обязанности возможно совершение так называемого «рейдерства» путем доведения организации до банкротства.
Для затруднения вывода активов предприятия в преддверии объявления его банкротом законодатель уже предпринял определенные меры, установив возможность оспаривания арбитражными управляющими сделок по имуществу, выведенному до начала банкротства, что существенно увеличивает гарантии кредиторов (глава III.1 «Оспаривание сделок должника» в ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» введена 28.04.2009 г.). Основные изменения, которые были внесены Законом № 73-ФЗ в законодательство о банкротстве связаны и с введением субсидиарной ответственности руководителей организаций за неподачу заявления о банкротстве при наличии признаков такового (ст. 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». В итоге существующая сегодня процедура банкротства, направленная на обеспечение, в первую очередь, интересов кредиторов, привела к тому, что незаконные действия при банкротстве приносят как раз большую выгоду должнику, когда он как можно дольше скрывает факт своей несостоятельности.
В рамках обеспечения проводимой реформы института банкротства, автор предлагает внести соответствующие изменения в УК РФ, предусмотрев в нем ст. 197.1, которую следует изложить в следующей редакции:
«Статья 197.1. Сокрытие признаков банкротства
Неисполнение руководителем должника или индивидуальным предпринимателем обязанности обратиться с заявлением о наличии у юридического лица или индивидуального предпринимателя признаков банкротства в случае, если это заведомо для виновного повлекло причинение крупного ущерба одному или нескольким кредиторам, –
наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет либо лишением свободы на срок до трех лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев либо без такового».
Характеристика такого преступления должна раскрываться с учетом общих признаков криминальных банкротств и в соответствии с положениями, регулирующими законный порядок подачи заявления о признании лица банкротом.
Во втором параграфе «Неправомерные действия при банкротстве» рассматриваются три самостоятельных состава преступления, предусмотренных ст. 195 УК РФ.
Отмечается, что, несмотря на достаточно подробное описание диспозиции ч. 1 ст. 195 УК РФ, в теории перечень соответствующих преступных действий описывается неодинаково. В связи с этим обосновывается предложение по классификации действий, составляющих диспозицию ч. 1 ст. 195 УК РФ, на основании двух основных критериев: во-первых, эта характеристика самих действий (сокрытие, передача, отчуждение, уничтожение, фальсификация); во-вторых, особенность предмета соответствующих действий (имущество, имущественные права, имущественные обязанности).
Проанализировав существующие в литературе позиции и правоприменительную практику, автор приходит к выводу, что формулировка объективных признаков неправомерных действий при банкротстве может быть более системной и более ясной для правоприменителя, если ее скорректировать следующим образом: «Сокрытие имущества, имущественных прав или имущественных обязанностей либо сведений о них, передача имущества во владение иным лицам, отчуждение или уничтожение своего имущества, а равно сокрытие, уничтожение либо фальсификация учетных документов, отражающих экономическую деятельность юридического лица или индивидуального предпринимателя, если эти действия совершены при наличии признаков банкротства и причинили крупный ущерб, –
наказывается…».
При анализе неправомерных действий при банкротстве, предусмотренных ч. 2 ст. 195 УК РФ, отмечается, что наиболее сложным для правоприменителя является вопрос о том, кто может стать субъектом неправомерного удовлетворения имущественных требований отдельных кредиторов за счет имущества должника, если это действие совершено при наличии признаков банкротства.
Действующее законодательство в качестве такого субъекта предусматривает только руководителя юридического лица или индивидуального предпринимателя, что значительно затрудняет охрану прав кредитора. С этим согласилось 79% опрошенных нами юристов.
Признаками банкротства является неспособность должника удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. В такой ситуации законодатель значительно ограничивает управленческие полномочия руководителя юридического лица, индивидуального предпринимателя. Так, в соответствии с ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» при возбуждении дела о банкротстве органы управления должника могут осуществлять свои полномочия по отчуждению имущества должника только с письменного согласия арбитражного управляющего. Таким образом, неправомерное удовлетворение имущественных требований отдельных кредиторов за счет имущества должника обусловлено в первую очередь действиями арбитражного управляющего. В рамках этого автор находит совершенно обоснованными предложения ученых по расширению установленного в ч. 2 ст. 195 УК РФ круга субъектов.
По мнению диссертанта, помимо криминализации неправомерного удовлетворения имущественных требований кредиторов, совершенных арбитражным управляющим, следует признать преступлением совершение таких действий и другими лицами, например, ответственным за списание средств с банковского счета должника – юридического лица или индивидуального предпринимателя. Обосновывается это тем, что в соответствии с действующим законодательством нормальное функционирование компании, создание и деятельность юридического лица в России вряд ли возможны без открытия счета для безналичного расчета. При наличии признаков банкротства в соответствии с гражданским законодательством, т. е. при недостаточности денежных средств на счете должника, для удовлетворения всех предъявленных к нему требований списание денежных средств осуществляется в очередности, установленной ст. 855 Гражданского кодекса Российской Федерации, вне зависимости от распоряжения клиента банка.
С целью реализации указанного предложения автор предлагает ч. 2 ст. 195 УК РФ изложить в следующей редакции:
«Неправоверное удовлетворение имущественных требований отдельных кредиторов за счет имущества должника – юридического лица или индивидуального предпринимателя, совершенное лицом с использованием своего служебного положения или индивидуальным предпринимателем, если это действие совершено при наличии признаков банкротства и причинило крупный ущерб, –
наказывается…».
Как следует из общего смысла диспозиции ч. 3 ст. 195 УК РФ, уголовный закон регулирует уголовно-правовые правоотношения, возникающие в связи с незаконным воспрепятствованием деятельности арбитражного управляющего или временной администрации кредитной организации. При формулировке диспозиции данной нормы автор полагает неточным использование выражения «незаконное воспрепятствование», так как термин «воспрепятствование» изначально несет в себе негативно-правовой смысл, т. е. воспрепятствование не может быть позитивно-правовым. Соответственно предлагается исключить слово «незаконное» из текста диспозиции, предусмотренной ч. 3 ст. 195 УК РФ. Такое предложение по совершенствованию уголовного законодательства одобрили 75% респондентов.
В третьем параграфе «Преднамеренное банкротство» отмечается, что суть объективной стороны преднамеренного банкротства (ст. 196 УК РФ) состоит в том, что виновный совершает ряд действий, заведомо влекущих неспособность юридического лица или индивидуального предпринимателя в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей. Автором рассматриваются разные точки зрения, касающиеся раскрытия действий, образующих исследуемый состав преступления. Указывается, что получение и предоставление различных кредитов, заключение всевозможных сделок являются составляющими хозяйственной жизни любого субъекта предпринимательской деятельности, который обладает большой свободой действий (бездействия). Поэтому не может существовать жестких правил, предписываемых законом и ограничивающих предпринимателя обязательными шаблонами. Однако, совершая многообразные сделки, хозяйствующий субъект должен отчетливо сознавать свою ответственность за имущественные интересы партнеров, за соблюдение их прав и свобод. Как видно из диспозиции ст. 196 УК РФ, действия предпринимателя, связанные с заключением заведомо убыточных сделок, наказуемы только тогда, когда они повлекли за собой создание или увеличение неплатежеспособности, впоследствии повлекшей причинение крупного ущерба. О том, прибыльная либо убыточная сделка, можно судить исходя из сопоставления ее размеров с имущественным состоянием и доходами предпринимателя.
При этом главная проблема квалификации содеянного состоит в сложности определения критериев, позволяющих различать правомерные действия и преступные. В каждом конкретном случае этот вопрос должен решаться в зависимости от сложившейся ситуации. Так, убыточными можно считать те сделки, которые уже изначально рассчитаны на меньший доход в сравнении с затратами, однако и такие сделки могут впоследствии оказаться полезными для предпринимателя. Например, магазины, особенно в начале своей деятельности, продают товары с уценкой, чтобы привлечь внимание покупателей и тем самым в будущем получить значительную выгоду. Подобные разумные меры, естественно, нельзя считать преступными.
И в связи с этим автор отмечает, что важнейший признак объективной стороны преднамеренного банкротства заключается в создании или увеличении неплатежеспособности. Этот термин законодателем был использован в предшествующей закону 2005 г. редакции ст. 196 УК РФ, после корректировки которой этот термин из описания диспозиции преднамеренного банкротства был исключен.
Диссертант полагает, что это было сделано без достаточных на то оснований. Дело в том, что даже если в результате сделок возникли огромные убытки и действия предпринимателя явно противоречат разумным рамкам поведения, этого недостаточно для привлечения лица к уголовной ответственности по ст. 196 УК РФ. Для объективной стороны преднамеренного банкротства важно, чтобы действия не только нанесли убытки, но и создали или увеличили неплатежеспособность (такое мнение было поддержано 63% респондентов)
В параграфе рассматривается также вопрос о том, насколько можно считать преступно преднамеренными действия должника, указанные в диспозиции ст. 196 УК РФ, которые осуществляются до решения арбитражного суда. Анализ научных работ и практики показывает, что отсутствует обязательная связь между причинением крупного ущерба кредиторам и признанием должника в судебном порядке банкротом. В свою очередь, возбуждение уголовного дела по признакам преднамеренного банкротства может быть достаточным основанием для инициирования дела о признании должника банкротом. В данном случае решение арбитражного суда о признании должника банкротом при выполнении условий диспозиции ст. 196 УК РФ способствует быстрейшему решению дела о виновности или невиновности по существу. Кроме того, с практической точки зрения преступление, предусмотренное ст. 196 УК РФ, дознавателями и следователями вряд ли может быть доведено до обвинительного заключения и тем более до суда без соответствующей экспертизы, которая по своему содержанию практически совпадает с процедурой признания должника банкротом, или, во всяком случае, с привлечением тех же специалистов, которые готовят заключение о признании должника банкротом. Особое внимание в работе уделено обоснованию того, что в любом случае для признания лица виновным по ст. 196 УК РФ должно быть решение арбитражного суда о признании должника банкротом.
В четвертом параграфе «Фиктивное банкротство» отмечается, что юридическая конструкция состава фиктивного банкротства из всех видов криминальных банкротств вызывает наиболее противоречивые суждения в уголовно-правовой литературе. Очевидно, что в значительной мере это происходит из-за возникшей с самого начала (т. е. с криминализации данного деяния, с принятием уголовного закона 1996 г.) конкуренции гражданско-правовых и уголовно-правовых трактовок различных аспектов фиктивного банкротства.
Несмотря на то, что редакция ст. 197 УК РФ подверглась изменениям, внесенным законом от 19 декабря 2005 г., большинство дискуссионных вопросов, возникающих при раскрытии признаков анализируемого преступления, остались нерешенными. В частности, в ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» от 26 октября 2002 г. понятие «фиктивное банкротство» было несколько изменено (по сравнению с законом 1998 г.). В связи с этими изменениями высказывались самые разные точки зрения, вплоть до того, чтобы исключить вообще ст. 197 УК РФ из уголовного закона, что, по мнению автора, недопустимо. Противоречивость диспозиции ч. 3 ст. 197 УК РФ следует исключить путем внесения соответствующих изменений в уголовный закон.
Так, введенный в 2005 г. термин «публичное объявление» представляется излишним, поскольку в рассматриваемом контексте сам термин «объявление» уже несет в себе публичность, кроме того, само «объявление» еще не есть свидетельство банкротства. Далее, поскольку в диспозиции ст. 197 УК РФ используется терминология законодательства о несостоятельности (банкротстве) в части фиктивного банкротства без ссылок на соответствующие правовые акты, то целесообразно привести эту терминологию на язык действующего ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» 2002 г. и соответственно изменить формулировку диспозиции ст. 197 УК РФ, изложив ее в следующей редакции:
«Действия, направленные на создание заведомо ложного состояния банкротства, если это деяние причинило крупный ущерб, –
наказывается…».
В этом случае нет никакой необходимости расписывать определение банкротства, поскольку оно дается в ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». С целесообразностью такого изменения уголовного закона согласились 71% опрошенных.
Третья глава «Криминологическая характеристика и предупреждение преступлений в сфере банкротства в России» включает в себя три параграфа.
В первом параграфе «Криминологическая характеристика лиц, совершающих криминальные банкротства» отмечается, что, несмотря на значительное внимание, которое в криминологической литературе уделяется проблеме личности преступника, личность отдельных категорий преступников изучена еще недостаточно. К их числу относятся и преступники, совершающие криминальные банкротства, что можно объяснить сравнительно очень немногим количеством таких преступлений. Так, если в 2008 г. всего было выявлено более 234 тыс. преступлений экономической направленности, то среди них криминальных банкротств всего 850, что составляет 0,36% от всех экономических преступлений.
Проведенный анализ социально-демографических и уголовно-правовых характеристик лиц, осужденных по ст. 195–197 УК РФ, позволил автору сформулировать предложения по повышению исправительного воздействия уголовной ответственности на осужденных за криминальное банкротство.
Криминальные банкротства совершают лица, которые имеют достаточно стабильный социальный статус. Это, как правило, мужчины, с высшим образованием, имеющие определенный опыт в предпринимательской деятельности, женатые. Однако, несмотря на сравнительное благополучие, они в определенный момент все же решились на совершение преступления, руководствуясь, прежде всего, корыстными мотивами. При этом о неоднократности совершения криминальных банкротств говорить не приходится, учитывая сравнительно непродолжительную правоприменительную практику по делам о криминальных банкротствах.
В целом представляется, что практика вырабатывает правильный подход к осуждению за преступления в сфере экономической деятельности в части привлечения к ответственности за криминальные банкротства. Осужденные за эти преступления получают, как правило, наказания, не связанные с реальным отбыванием лишения свободы, и такой подход следует поддержать.
Полученные результаты исследования свидетельствуют о незначительном удельном весе случаев, когда в качестве смягчающих обстоятельств суды учитывали добровольное возмещение ущерба (это имело место в 29,5% случаев), что можно объяснить сложным финансовым положением, в котором оказываются лица, совершающие криминальные банкротства. Вместе с тем, эффективность уголовной ответственности можно было бы существенно повысить, если бы закон не просто предусматривал добровольное возмещение ущерба как смягчающее наказание обстоятельство, а устанавливал требование учитывать его как условие снижение максимального размера наказания, предусмотренного в санкции статьи за совершенное преступление. Это бы стимулировало желание виновного найти средства для возмещения ущерба, в том числе и за счет средств близких ему лиц.
Во втором параграфе «Причины и условия совершения преступлений, связанных с банкротством» отмечается, что разработанные криминологической наукой общие методологические положения о причинах преступности как массового социального явления полностью распространяются на причины и условия, способствующие совершению рассматриваемых преступных посягательств. Если вести речь о детерминантах совершения криминальных банкротств в общесоциальном плане, то можно выделить такие, как глубинные противоречия в экономической сфере, обусловленные объективными трудностями построения рыночных отношений, а также субъективным неприятием определенной частью населения новых экономических отношений либо способа перехода к ним; низкая эффективность работы государственного аппарата и правоохранительных органов, отсутствие эффективных механизмов правовой защиты собственников-кредиторов и др.
Необходимо учесть также, что сложность механизма действия законодательства о банкротстве требует исключительно грамотного и квалифицированного подхода. Опыта, наработанного десятилетиями (а то и столетиями), как в других странах, Россия не имела, и поэтому типичными стали ситуации, когда суд принимал решение о признании должника несостоятельным, хотя мог и должен был применить реорганизационные процедуры. Руководители предприятий быстро поняли слабые стороны закона о банкротстве и стали использовать этот институт в незаконных целях. Типичная схема криминального банкротства при этом включала создание задолженности перед вновь созданным контролируемым предприятием, передачу ему активов и оборотных средств, а затем объявление себя банкротом. Подобные манипуляции, как правило, не становятся объектом внимания со стороны правоохранительных органов.
Одной из основных детерминант совершения нарушений в этой сфере автор видит в несовершенстве законодательства в части установления уголовной ответственности за криминальное банкротство. Вместе с тем, диссертант считает, что особое внимание следует уделить и проблемам правосознания в российском обществе, когда зачастую именно руководители (собственники) предприятий-должников не заинтересованы в реабилитации (оздоровлении) предприятий. И действительно, более чем за 20-летнюю историю, вопреки ожиданиям, законодательство о банкротстве не стало эффективным инструментом очищения рынка от несостоятельных хозяйствующих субъектов, что само по себе является непременным условием роста экономики в целом и подъема промышленного производства в частности. В связи с этим автор полагает, что системная детерминанта криминальных банкротств, равно как и других экономических преступлений, связана с общим процессом углубляющейся коррупции в России, которому в последнее время уделяется большое внимание.
К детерминантам криминальных банкротств следует отнести и несовершенство системы налогообложения – пока она развивается в русле осуществления фискальных, а не стимулирующих функций. Это способствует возникновению ситуаций, когда банкротство является, в ряде случаев, вынужденной мерой для разрешения проблемы налоговых задолженностей.
В третьем параграфе «Основные направления деятельности государственных органов и иных организаций по предупреждению криминальных банкротств» рассматриваются теоретические основы предупреждения криминальных банкротств, которое связано с целым комплексом мер государственных органов и иных организаций, направленных на упорядочение самой процедуры банкротств, совершенствование соответствующей законодательной базы, улучшение уголовного законодательства об ответственности за криминальные банкротства, повышение эффективности деятельности правоохранительных органов.
В работе анализируются важнейшие правовые документы, на основании которых организуется система мер, направленных на предупреждение криминальных банкротств. В этом смысле следует признать большой вклад в развитие института банкротства. Программы социально-экономического развития Российской Федерации на среднесрочную перспективу (2002–2004 гг.) , где имелся специальный подраздел «Развитие института банкротства и защита прав кредиторов», в результате чего был проведен довольно большой комплекс работ по совершенствованию процедуры банкротства.
Автор отмечает, что Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 г. лишь абстрактно раскрывает меры по обеспечению эффективности института банкротства как необходимого элемента рыночных отношений. В уже реализованной Программе социально-экономического развития Российской Федерации на среднесрочную перспективу (2006–2008 гг.) направления в этой сфере были также сформулированы в достаточно общем виде, что в итоге не позволило реализовать в должной мере цель превенции криминальных банкротств. С учетом этого автор предлагает ряд конкретных мер, направленных на противодействие правонарушений в сфере банкротства, которые должны найти свое отражение в программах социально-экономического развития, принимающихся на региональном уровне.
Далее в работе исследуются дополнительные (помимо отмеченных выше) ресурсы совершенствования законодательства, регулирующего институт банкротства. В частности, основываясь на анализе практики и научной литературы предлагается включить в ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» 2002 г. примерный перечень предупредительных мер, реализуемых должником и кредиторами в рамках осуществления предпринимательской деятельности: анализ финансового состояния должника, а также его контрагентов с точки зрения вероятности неисполнения обязательств; прогнозирование экономической ситуации, а также факторов и последствий ее изменения на различных рынках; разработка и внедрение новой маркетинговой политики; реорганизационные мероприятия (например, присоединение либо слияние с платежеспособной компанией, выделение в отдельное юридическое лицо с целью ликвидации убыточного производства).
В работе рассматриваются предупредительные возможности судебных экспертиз при проверке процедуры банкротства, указывается, что необходимо значительно поднимать уровень профессионально-экономической подготовки сотрудников правоохранительных органов, и прежде всего органов внутренних дел, в юрисдикции которых находится предварительное расследование уголовных дел по признакам, содержащимся в диспозициях ст. 195–197 УК РФ.
Особое внимание при организации превентивных мер следует, по мнению автора, уделить возможностям бизнес-сообщества, которое может создавать такую корпоративную обстановку, при которой криминальное банкротство считалось бы аморальным, приносило бы серьезный вред деловой репутации лица. Так, достижение целей развития, успешной модернизации экономической и социальной сферы предполагает выстраивание эффективных механизмов взаимодействия общества, бизнеса и права. К сожалению, этот уровень саморегулирования среди предпринимателей в России еще не развит.
В заключении делаются основные выводы по проведенному исследованию, формулируются предложения по совершенствованию уголовно-правового регулирования криминальных банкротств и повышению эффективности мер по предупреждению этих экономических преступлений.


Основные научные результаты диссертации
опубликованы в следующих работах автора:
Научные статьи, опубликованные в изданиях, рекомендованных ВАК Минобрнауки России:
1. Пивоварова Н.Н. Субъективная сторона неправомерных действий при банкротстве (ст. 195 УК РФ): актуальные вопросы теории и правоприменительной практики // Общество и право. – 2009. – № 1. – 0,3 п. л.
2. Пивоварова Н.Н. Криминологическая характеристика лиц, совершающих криминальные банкротства // Общество и право. – 2009. – № 4. – 0,5 п. л.
3. Пивоварова Н.Н. Объект криминальных банкротств // Общество и право. – 2010. – № 1. – 0,5 п. л.
Публикации в иных изданиях:
4. Пивоварова Н.Н. Анализ криминальных банкротств на этапе социально-экономических трансформаций в России // Экономический вестник Южного федерального округа. – 2008. – № 3. – 0,3 п. л.
5. Пивоварова Н.Н. Правовое содержание преднамеренного банкротства в аспекте роста уровня преступности в российском обществе // Экономический вестник Южного федерального округа. – 2008. – № 10. – 0,3 п. л.
6. Пивоварова Н.Н. Признаки специального субъекта банкротств // Научные труды ученых-юристов Северо-Кавказского региона. – 2008. – Вып. 17. – 0,2 п. л.
7. Пивоварова Н.Н. Основные направления деятельности правоохранительных органов по предупреждению криминальных банкротств // Научные труды ученых-юристов Северо-Кавказского региона. – 2008. – Вып. 18. – 0,2 п. л.
8. Буз С.А., Пивоварова Н.Н. Преступления в сфере экономической деятельности: учебное пособие. – Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2008. – 4,0/2,0 п. л.
9. Пивоварова Н.Н. Причины и условия совершения преступлений, связанных с банкротствами // Вестник Краснодарского университета МВД России. – 2009. – № 3. – 0,7 п. л.













Подписано в печать __________2010. Печ. л. 1,3.
Тираж 120 экз. Заказ .
____________________________________________________
Ростовский юридический институт МВД России.
344015, г. Ростов-на-Дону, ул. Маршала Еременко, 83.

 
ФИО: Пивоварова Надежда Николаевна
Дата защиты: 25.06.2010
ВУЗ: Ростовский юридический институт МВД России
Специальность: 12.00.08



Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru м.Новослободская, ул. Селезневская, д.11А, стр. 2
Тел: +7 (495) 649-89-71
E-mail: info@ceninauku.ru